30 сентября в Агентстве городских новостей «Москва» состоялась пресс-конференция, посвященная экспериментальной инициативе программы «Мой район» — созданию дворов с вовлечением жителей.

В рамках пилотного проекта при активном участии москвичей будет благоустроено пять дворов: два из них находятся на северо-востоке столицы — в Лосиноостровском районе (на ул. Норильская) и Бибиреве (на ул. Конёнкова), и еще три двора — на юго-востоке: в Марьине (на Новочеркасском бульваре), Кузьминках (на ул. Академика Скрябина) и Рязанском (на ул. Васильцовский Стан). Архитекторами дворов выступают молодые, но опытные бюро: Megabudka, «Дружба», UTRO (c привлечением эксперта по соучаствующему проектированию и социальной анимации Любови Гурарий), «Практика» (с привлечением экспертов из бюро «Проектная группа 8»), а также «Народный архитектор» (с привлечением специалистов из бюро YOarchitects).

На данный момент завершен ключевой этап, стартовавший в феврале текущего года – проектирование с вовлечением жителей. Всего с февраля по июнь было проведено 13 очных встреч и 24 онлайн-обсуждения. На первых встречах архитекторы выясняли у жителей, какие существуют ценности двора и желаемые сценарии его использования, на основании чего была подготовлена предварительная концепция. Во время последующих обсуждений – в общих и в малых группах – происходила совместная доработка проекта, корректировки вносились после выработки оптимального решения, удовлетворяющего все категории жителей.

Итог совместной работы архитекторов и жителей был представлен в день города, 5 сентября 2020. Выставки-презентации итоговых концепций, проходившие в течение двух недель прямо во дворах, в день открытия посетили 2000 человек, общий охват составил около 20 тыс. москвичей.

Следующий шаг — разработка проектной и рабочей документации. Строительные работы начнутся весной следующего года, а уже летом в Москве появится пять новых дворов, каждый из которых по-своему уникален и отражает потребности своих пользователей.

Вовлечение как наиболее эффективный способ работы со сложившейся средой

Главная особенность данного проекта — вовлечение жителей на этапе проектирования, когда выявление актуальных запросов и поиск оптимальных решений происходит уже на самых ранних этапах взаимодействия всех интересантов. Причем в процессе обсуждения участвуют не только разнообразные аудитории пользователи двора (дети, подростки, молодые мамы, пожилые люди, работники локальной сервисной инфраструктуры), но и представители местных органов власти и эксплуатирующих организаций.

Как отметил Артем Укропов, сооснователь и управляющий партнер бюро Megabudka, которое работало в Марьине, проектирование с вовлечением в уже сложившейся среде гораздо сложнее, чем в новых районах: «Сложность в том, что приходится работать с уже сложившейся аудиторией, с устоявшимися укладом и привычками. И наше экспертное мнение может противоречить мнению жителей. Фактически наша главная задача в этом проекте — модерация интересов всех существующих пользовательских групп и упаковка их пожеланий в ограниченном пространстве».

Путь к сердцу жителей лежит через дворы

Многие города уже обратили внимание на парки, скверы, площади и набережные, в разработке проектов которых активно используется и вовлечение жителей. Программа «Мой район» решила вовлечь жителей и в проектирование более локальных пространств – дворов.

Двор — это самое близкое к любому горожанину общественное пространство, и в этом смысле он обладает колоссальным потенциалом. Участие в благоустройстве собственного двора развивает в людях чувство сопричастности, локального патриотизма, бережного отношения к тому, что создано с ними и для них. Кроме того, формируются новые сообщества, благодаря которым город может развиваться устойчиво и благополучно.

Трудности перевода, или Надо чаще встречаться

«Наверное, не бывает процесса соучаствующего проектирования с таким количеством участников, чтобы все решения были приняты единогласно», — делится Александра Черткова, архитектор двора в Лосиноостровском районе и партнер бюро «Дружба». По ее словам, люди привыкли к стандартным «слушаниям», оценке уже кем-то сформированных решений, но участие на этапе проектирования территории – совсем другое дело, и здесь самое сложное — прийти к компромиссу, научиться слушать друг друга и договариваться, что становится возможным во многом за счет живых встреч.

С введением карантина и запретом на проведение публичных мероприятий обсуждения с жителями перешли в новый формат. Благодаря онлайн- и офлайн-анкетированию, zoom-конференциям, социальным сетям и чатам, вирусным видео и информационным стендам непосредственно на площадках удалось охватить гораздо больше людей.

Например, Алена Зайцева, архитектор двора в Рязанском районе и партнер архитектурного бюро UTRO, рассказала, что в онлайн формате в процесс обсуждения активно включались подростки, которые проектировали спортивную и игровую площадки.

Как отмечает Артем Укропов, если во дворе с большим количеством жителей (его бюро работало с пространством для 1700 человек), соседское сообщество не сформировано, то его сплочение — приоритетная задача для архитектора. Поэтому в их проекте «двора-архипелага», помимо независимых «островов», появилась и такая конструкция, как большие качели, которые позволят познакомить соседей из разных возрастных групп друг с другом. Причем конфигурацию качелей можно поменять, если, скажем, во дворе появится больше малышей.

Александра Черткова из бюро «Дружба», которое специализируется на пространствах для детей, утверждает, что детям разных возрастов хоть и предпочтительно играть в разных зонах, но находиться эти зоны все же должны рядом, чтобы ребята учились друг у друга. «Грамотное распределение зон — залог здорового двора, — говорит Александра. — Если мы расположим вокруг игровых площадок зоны отдыха для старшего поколения, то дети всегда будут под присмотром, а маргинальным элементам, которых все так опасаются, при активном использовании пространства жителями просто не останется места».

Тем не менее все архитекторы единодушны в том, что очные встречи так или иначе необходимы в процессе вовлечения. «Интернет хорош для максимального охвата, но чтобы все договорились и подружились, нужно встречаться офлайн, – говорит Антон Ладыгин, автор двора в районе Кузьминки и партнер бюро «Народный архитектор». – Встречи жителей должны становиться важной вехой в формировании местного сообщества. Тогда они и в дальнейшем будут активно использовать и развивать среду своего двора».

Много зелени, много активности и мало шума — чего же хотят москвичи

Во время дискуссии участникам удалось обменяться впечатлениями о пользовательских запросах в каждом конкретно взятом дворе. «В нашем случае жители просили сохранить камерный зеленый характер двора, который ни в коем случае не должен быть похож, например, на Парк Горького, — рассказывает Александра Черткова. — У этого места уникальная история, раньше здесь были дачи, поэтому мы постарались сохранить именно этот мотив: цветущие кущи плодовых деревьев, много деревянных конструкций и натуральных покрытий, в том числе, древесной коры на детских площадках — для Москвы это достаточно необычный и прогрессивный вариант, но жители и эксплуатирующая организация нас поддержали».

У жителей двора, с которыми работало бюро Алены Зайцевой, был аналогичный запрос: побольше зелени, причем такой, на которую приятно смотреть из окна: «Далеко не все подъезды трех домов вокруг нашего участка выходят во двор, поэтому мы рассматривали его не только с точки зрения стандартных пользовательских сценариев «выйти погулять с ребенком», но и с точки зрения эффектных пейзажных видов: растения подбирались так, чтобы выглядеть по-разному в разные сезоны».

Еще одной общей проблемой преобразуемых дворов стал излишний шум, особенно там, где есть места для занятий спортом или проходят транзитные маршруты к метро. Бюро UTRO в Рязанском районе предложило использовать специальные шумозащитные экраны по периметру спортивной коробки: «Эта конструкция, разработанная вместе сопытным акустиком, позволит уберечь от шума, от которого так устали жители окрестных домов, а ее необычный внешний вид станет эффектным украшением двора. Чтобы усилить шумоизоляцию, мы заложили озеленение везде, где не проходят подземные коммуникации».

В Кузьминках Антон Ладыгин также особое внимание уделил спортивным объектам: существующая спортивная коробка находится на перепаде высот и шумная. Архитектор предложил перенести ее в другое, более удачное место без уклона, использовать  современные звукопоглощающие материалы, а существующий перепад рельефа, где сейчас расположена коробка,  обыграть детской горкой. «Изначально на холме мы хотели устроить амфитеатр — место, где жители могли бы собираться и что-то обсуждать; но эту идею решительно отвергли, зато горку и дополнительную геопластику восприняли на ура».

В Марьине мнения по поводу того, быть или не быть спортивной зоне, разделились поровну. И бюро Megabudka предложило компромисс: небольшую универсальную поляну, на которой при желании можно проводить дворовые матчи – достаточно лишь установить ворота.

Вопрос увеличения парковочного пространства оказался не самым популярным.  Архитекторы в Лосиноостровском и Рязанском районах отметили, что жители предпочли озеленение организации новых машино-мест. Антон Ладыгин поделился, что в Кузьминках он все же добавил пару новых парковочных мест, но исключительно за счет оптимизации размеров спортивной площадки. Однако в Марьине вопрос с парковками стоял достаточно остро – архитекторов просили максимально сохранить все имеющиеся места для автомобилей. Сергей Георгиевский же подчеркнул, что во многих странах мира уже давно условием покупки автомобиля становится подтверждение оплаченного места его хранения, то есть проблема решается силами собственника, а не города.

Уникальные жители — уникальные дворы

«У всех дворов схожие проблемы: устаревшее оборудование, отсутствие внятного зонирования, плохое освещение и т. д., — отмечает Александра Черткова. — Но, когда ты работаешь с жителями, то запрос от каждого двора получается уникальным». Именно таким образом — при участии москвичей — дворы могут обрести свое узнаваемое лицо. «Чтобы еще добавить индивидуальности, — рассказывает Алена Зайцева, — мы вместе с жителями разработали графичный код — несколько вариантов ботанического принта, которые хотим использовать и на резиновых покрытиях, и на шумозащитных экранах, и других поверхностях во дворе

«У нас у всех получилось пять разных дворов, и очень важно, что таким образом создается идентичность конкретного места, — подчеркивает Артем Укропов. —  Люди вовлекаются в процесс, начинают ценить и поддерживать в хорошем состоянии то, что сами предложили».

«Перед нами уникальные нетиповые дворы, — поддерживает участников проекта Сергей Георгиевский. — Но самое главное, что такое небольшое в масштабах города пространство становится местом диалога, причем диалога людей, которые до этого, возможно, никогда друг с другом не разговаривали».

«Есть проблема принципиального недоверия к новым начинаниям, — сетует Александра Черткова, — но хочется верить, что мы с вами создадим такой прецедент, после которого подобная практика станет естественной. Я, например, очень жду, когда ко мне кто-то тоже обратится как к жителю и захочет вместе со мной спроектировать двор».

Комплексное преобразование как урбанистическая инновация

По словам Сергея Георгиевского — урбаниста, генерального директора Агентства стратегического развития «ЦЕНТР», мы давно должны отказаться от риторики, когда Москва догоняет и стремится соответствовать неким общемировым трендам: «За последние 7 лет Москва совершила революцию, в том числе урбанистическую, и теперь можно смело говорить о том, что это мы задаем тренды. Аналогичные программы создания общественных пространств есть в США, Великобритании, Франции и других западных странах, однако в основном они реализуются с привлечением частных инвестиций. В то время как программа «Мой район» формируется за счет городского бюджета и работает на основе комплексного подхода, когда работа ведется и с общественными пространствами, и с дворами, и с культурными и социальными объектами, и т. д».